Не только политика
В Барнауле родилась звезда мировой оперы


Анонсы

Баннер

Баннер

ОБЛАКО ТЭГОВ

Владимир Рыжков: Наша страна богатая, но деньги расходуются глупо

 


Георгий Бовт: В гостях у нас политик, профессор Высшей школы экономики Владимир Рыжков. Владимир Александрович, добрый вечер.

Владимир Рыжков: И вам добрый вечер.

Г.Б.: Мы будем обсуждать вопрос, есть ли будущее у непарламентских партий. Можно проголосовать на сайте СИТИ-FM соответствующим образом. Там есть 2 варианта ответа: да или нет. Можно звонить по телефону (495) 995 11 11 и спросить о чём-то Владимира Рыжкова. Вообще, если объективно рассуждать, то надо уже сменить в этом цирке клоунов давно, потому что поднадоели. И Зюганов,  и Жириновский  в возрасте уже. Что там с эсерами происходит, вообще, непонятно. И тут, конечно, объективный мозг политолога, стороннего наблюдателя диктует необходимость вброса свежих сил, чтобы продолжить этот спектакль ещё какое-то время. Важно, чтобы главный концертмейстер из цирка никуда не уходил, а оставался тем же самым. Вот такой нехитрый расклад.

В.Р.: Я думаю, что если бы не политика, которую проводил Кремль в середине 2000-х гг., я  имею в виду партийную зачистку, когда из 48 партий была закрыта 41, и оставили тогда эту семипартейщину: 4 думских партии, плюс ещё 3, которые никто не знает, то давно бы уже поменялся расклад, потому что новые партии или старые партии, как наша РПР, стали появляться снова только год назад. Представьте себе, что такое для партии 7 лет неучастия в выборах, когда твой бренд не раскручивается, когда ты не имеешь возможности участвовать в региональных и местных выборах. По нам нанесли сильнейший удар. То есть ответственность за то, что в нынешней Думе сидят всё те же унылые физиономии, прежде всего, несёт Кремль, который  к этому и привёл.

Г.Б.: Я с этим даже не спорю.

В.Р.: Запрос, с одной стороны, большой на новые силы, на новые партии. С другой стороны, глядя правде в глаза, скажу, что я и сам в этом году участвовал в региональных и местных выборах, и в прошлом году участвовал в региональных и местных выборах, а народ-то вообще почти перестал ходить на выборы, в принципе, в стране.

Г.Б.: Да он и раньше перестал уже.

В.Р.: Нет. В 90-е гг. ходили, вначале 2000-х гг. ходили. А сейчас такое доминирующее настроение  у   людей, что "все вы жулики, все вы рвётесь к власти, все вы рвётесь к пирогу, никому не верим, разницы между вами никакой". То есть в целом подорвано очень в значительной степени доверие и к старым, и к новым партиям. Главная задача состоит в том, чтобы, даже не поменять партии в Думе или ещё где-то, а вернуть общее доверие к политике как таковой.

Г.Б.: Очень трудно.

В.Р.: Да.

Г.Б.: Я в своё время имел опыт партийного строительства. Впечатление такое, что, на самом деле, чудовищное качество людей, которые этой политикой занимаются в регионах. Вот с помощью таких людей вообще ничего вернуть невозможно. Никто не хочет в эту бирюльку играть по разным причинам: не охота, политика не интересна. Те, кто этим занимается, подчас такие проходимцы, которые ещё и бегают из одного партийного лейбла в другой, потому что им всё равно: сегодня он коммунист, завтра единорос,  послезавтра  он будет правым, если почует, что от либералов что-то пойдёт, он и либералом станет или ещё что-то придумает. И люди это всё видят. Поэтому федеральный уровень политиков плохой, а региональный ещё хуже.

В.Р.: Не соглашусь.

Г.Б.: Спорьте.

В.Р.: Я занимаюсь партийной работой скучной, рутинной, на самом деле. Может быть, людям кажется, которые нас слушают, что партийная работа – это нечто увлекательное: карнавалы, выборы, на самом деле, выборы раз в год. А всё, что между этим – это очень тяжёлая, черновая, трудная работа, в которой самое главное искать людей. Я всегда говорю, что партия – это, как дерево.

Г.Б.: В чём заключается черновая работа, кроме того, что искать людей?

В.Р.: А это главное.

Г.Б.: А себе как давать отчёт, что ты партия, что ты есть, ты живёшь. Я понимаю, что у вас кадров не много, но тем не менее, избиратель всё время обижается, когда ближе к сентябрю, сейчас единый день голосования  в сентябре, в августе ещё вообще все спят, а с первого сентября начинают говорить, что есть такая партия, а ещё такая и сякая. А где вы раньше были? Никакой такой рутинной работы постоянной нет. Мне кажется вообще, что избиратель ждёт, что появится какой-то политик или партия,  которая будет вкручивать лампочки в подъездах, переводить  старушек через опасные дороги, ещё что-то за них  делать. Партии воспринимаются таким образом, то есть как отделение собеса. У кого какие проблемы: жилищный вопрос не решённый, сын алкоголик, работы нет, ещё чего-то нет. Кто-то говорит: "А вот я писал в "Единую Россию", потом в ЛДПР, в СР и Путину лично, они меня все послали в эротическое пешее путешествие. И вот я пришёл к вам, к маленькой непарламентской партии, на вас только одна надежда".

В.Р.: Вернусь к вопросу о людях. На самом деле, то, что вы описываете: лампочки, подъезды, дамбы и набережные – этим занимается любой немецкий депутат, любой американский конгрессмен, этим занимается любой французский депутат. Это неотъемлемая часть работы любого политика в любой стране мира. Этим надо заниматься. Второе. Чтобы этим заниматься, надо иметь полномочия. Именно поэтому партии стремятся получить фракции в местных парламентах, в региональных парламентах и в Госдуме, чтобы иметь соответствующие властные полномочия, чтобы иметь возможность направить запрос какому-то чиновнику, или вызвать какого-то чиновника на ковёр, или поучаствовать в принятии бюджета, и там пролоббировать какой-то свой город или какой-то свой проект. Это всё нормально, это политика, политика – это не сотрясание воздуха, а решение проблем конкретных людей. Что партия должна делать, и мы стараемся делать  между выборами. Во-первых, мы ищем  людей, которые заслуживают доверия у своих земляков. У нас в Туве, например, в Кызыле замечательный лидер нашей партийной организации Владимир Соянович Орус-оол.

Г.Б.: Вы сейчас говорите о республиканской партии  или о ПАРНАСе?

В.Р.: Так мы сейчас вместе РПР-ПАРНАС.

Г.Б.: Так, может быть, он старый?

В.Р.: Да, он старый, он ещё РПРовец, он ещё с 90-х гг. Он фермер, у него самое большое в республике стадо коней: 1500 голов.

Г.Б.: Ещё не отняли?

В.Р.: Пытаются. Он был раньше депутатом верховного совета республики, его очень хорошо знают, он очень уважаемый человек, у него, к несчастью, погиб сын, его убили при очень странных обстоятельствах, убили бейсбольными битами и выбросили на обочине у дороги. Ему ничего не надо: не надо пилить бюджет, не нужны бирюльки, он уже был депутатом Верховного совета, ему за Туву обидно, он реально патриот своей республики. Он видит, какие там есть безобразия, он занимается темой очень простой: защищает людей, ставит очень острые вопросы развития республики. Он старается помочь где-то.

Г.Б.: У него полномочия есть какие-то?

В.Р.: Сейчас нет полномочий, но за счёт авторитета своего и за счёт того, что вокруг него собрались очень влиятельные люди, он может решать вопросы какие-то. В будущем году у нас будут выборы в Верховный совет Тувы, я практически не сомневаюсь, что мы там сформируем фракцию, если не  произойдёт то, что произошло в сентябре этого года, когда мы в городе Кызыле в горсовет получили 15 %, а нам  издевательски нарисовали 4,99 %.

Г.Б.: Там проходной – 5 %?

В.Р.: Да, и нам издевательски сделали так: утром на сайте Избиркома висело 5,01%, а через 2 часа, видимо получили по башке, и нарисовали 4,99 %. Вот один пример. Второй пример рядом в соседней Хакасии, там Маша Яблонская наш лидер. Она дочь очень уважаемого человека в республике, который  в советское время был секретарём обкома или что-то в таком  духе, при этом, она либерал. Она борется с одним угольным разрезом, ещё с какими-то экологическими бедствиями. К сожалению,  не везде у нас такие люди. К сожалению,  у нас есть люди и такого типа, который вы примерно описали чуть раньше, либо просто те люди, которые не хотят ничего делать.

Г.Б.: Которые больше ни в какую другую партию не устроились.

В.Р.: Либо есть люди, которые хотели бы что-то делать, но просто не способны в силу личных качеств. Поэтому, что для партии самое главное? Во-первых, нужно время. Я всегда сравниваю партию с деревом – не вырастет яблоня за год, не вырастет партия даже за 3 года. Минимум, 5-7 лет нужно, чтобы партия сложилась, как живой организм.

Г.Б.: Денег надо ещё.

В.Р.: Деньги не так важны, кстати говоря.  Это тоже миф, что можно за деньги построить партию.

Г.Б.: Офис надо содержать.

В.Р.: Это не так дорого. То есть если содержать несколько комнат, в которых 4-5 человек работает, это не такие большие деньги. Деньги нужны на кампании. Мы честно говорим людям в регионах, что у нас денег нет в федеральном центре нашей партии, говорим им, чтобы они искали бизнес, заинтересованных людей. Кто-то находит, кто- то не находит. Мы умеем проводить недорогие, но очень эффективные кампании. Поэтому ещё раз повторю, что для партии самое главное – это люди. Самое главное, что есть в  партийной работе – это поиск людей, которые действительно чего-то хотят, которые действительно что-то могут, у которых есть идея, у которых есть авторитет в своём регионе, в своём городе. Второе – нужны темы. То есть не просто лампочку ввернуть – это тоже нужно делать, но нужна тема, которая волнует большое количество людей.

Мы честно говорим людям в регионах, что у нас денег нет в федеральном центре нашей партии, и говорим, чтобы они искали бизнес

Г.Б.: А что вообще волнует большое количество людей?

В.Р.: В каждом городе что-то своё. Например, иркутян волнует загрязнение Байкала, для них это очень большая тема. У нас, например, замечательная организация в Республике Алтай, они, например, боролись против ГЭС на замечательной реке Катунь, которая убила бы эту реку вверх по течению, убила бы эту реку вниз по течению, и убила бы в значительной степени туристический потенциал горного Алтая. Они боролись с газопроводом, который должен был пройти через 3 заповедника, в том числе через священное плато Укок в Китай, через заповедник ЮНЕСКО. Они добились общими усилиями, что этого не будет. Это тема, которая волнует Алтай. Москвичей, мы видим, волнуют проблемы пробок,  загрязнения окружающей среды, дороговизны и т.д. Партия как структура должна говорить с людьми о тех темах, которые их на самом деле волнуют, и в каждом регионе повестка своя. Во-вторых, партию, чтобы она имела успех, должны представлять авторитетные уважаемые люди. Например, у нас Дина Кожевникова в Брянске даже не бывший депутат, даже, собственно говоря, не совсем политик, она возглавляет комитет солдатских матерей в Брянской области, но тема солдатских матерей тема службы в армии, тема ветеранов тоже всех беспокоит. Возьмите знаменитый пример Жени Ройзмана, который мы хорошо оба знаем, который сейчас избран мэром Екатеринбурга. Он же не политик, по сути дела, он всю жизнь занимается лечением наркоманов. Кто-то согласен с его методами, кто-то не согласен. Но у человека есть тема.

Г.Б.: Это, пожалуй, исключение.

В.Р.: Нет, я считаю, что это правило. Вообще, любой успешный политик – это политик какой-то темы, политик какого-то дела, какой-то истории успеха. И вот Женя Ройзман, который на протяжении лет 20 этим занимался, получил огромный авторитет в своём городе, его все там знают, он всех знает. И все знают, что он делает дело, и он победил. Поэтому ещё раз, если возвращаться к судьбе новых партий, в том числе к нашей, то я  скажу, что у нас есть очень чёткие ценности – мы либералы, но этого мало. Второе условие, чтобы новые партии имели успех, они должны иметь хороших людей  в своем составе. Я их уже описал. Третье: и партия в целом, и эти хорошие люди на местах должны заниматься тем, что реально волнует людей. И должны не просто критиковать, хотя критиковать надо, любая оппозиционная партия должна, без этого она не будет оппозиционной, должна критиковать  существующее положение дел, но на мой взгляд, ещё важнее предлагать альтернативу.

Г.Б.: Да.

В.Р.: Если партия просто говорит, что этот вор, тот вор, этот растащил, то это может привлечь внимание на каком-то этапе, это даже может вызвать симпатии и поддержку. Но людей всегда интересует вопрос, даже если они говорят, что "хорошо, мы за тебя проголосуем", а что дальше.

Г.Б.: Навальный на этом и встал. Я не вижу даже его политического будущего сейчас, он затормозился.

В.Р.: Я не хочу это обсуждать.

Г.Б.: Не надо, это моё личное мнение.

В.Р.: Я ему давал совет очень простой, что мало разоблачать, нужно сказать москвичам, что будет в случае его победы. Я много раз избирался сам, и я всегда критику оставляю на втором плане, то есть она нужна, чтобы объяснить, что не так, но гораздо важнее объяснить людям, что делать и как делать, что ты будешь делать, и почему они должны тебя поддержать. Когда партия или политик идёт на выборы, то они должны ответить людям на простой вопрос: почему люди должны за них проголосовать.

Г.Б.: Николай, добрый вечер, вы в эфире.

Николай: Добрый вечер. В целом вы правы, как можно голосовать, даже за вас, если мы вас не знаем. Даже если кто-то из нас вас знает, но мы же понимаем, что вы ничего не можете сделать, кроме  той партии, у которой есть административный ресурс, как вы только что сказали. Я ходил на выборы в этом году, на наши местные, муниципальные и посмотрел на список тех, кто у нас на низшем уровне в районе баллотируется – это зам. директора детского сада, которая не знает даже, где соседняя улица. Из школы, где учится мой ребёнок, какой-то преподаватель. Я его знаю только потому, что он бывший выпускник. Его просто школа ставит, чтобы повысить свой рейтинг, но при этом учат-то в ней плохо. Дальше посмотрел всех этих кандидатов – кто-то там из управы.

Г.Б.: Понятный набор.

Николай: Я понимаю, что они ничего не решают, но я должен за кого-то из них поставить свою галочку.

В.Р.: Николай, а почему вы сами-то не пошли на выборы кандидатом? Давайте в следующий раз мы вас выдвинем, и вы сделаете то, что хотите для своего двора, для своих соседей.

Николай: Я не пошёл туда, начну с банального, потому что у меня есть семья, у меня есть несколько детей. И если я займусь какой-то общественной работой, у меня жена не работает, к сожалению,  я не смогу в полной мере заниматься семьёй. Мне это не интересно. Если бы я считал .что это моё призвание, если бы эта работа, как вы правильно говорите, была бы мне интересна, то я бы ею занялся.

В.Р.: А если бы наша или другая партия нашла толкового человека, которого вы знаете, вы бы за него проголосовали?

Николай: Если бы я знал человека и был уверен в нём, то я бы за него проголосовал.

Г.Б.: Спасибо.

В.Р.: Вы подтверждаете то, о чём я говорю, что мы пока ещё не можем дойти до каждого села, района. Это наша недоработка, я это признаю.

Николай: У меня есть ещё такое замечание: рядом с  моим домом есть офис местного отделения Единой России, и там такая ситуация, которую я не могу понять: сегодня там меняют газон, завтра это место огораживают, а послезавтра там делают парковочные места. Например, мы как низший состав предпринимательской среды понимаем, что для того, чтобы что-то сделать, нужны деньги, которые они там отмывают что ли.

Г.Б.: Распил.

Николай: А на эти деньги они могли бы сделать что-то хорошее.

В.Р.: Вы всё правильно говорите, подписываюсь под каждым вашим словом. Далеко не каждый может пойти на общественную работу, в депутаты, оторваться от семьи, тратить на это время, но на будущее мой совет: найдите среди своих друзей, знакомых, кого тоже беспокоят эти проблемы, человека, который готов тратить на это время. Мы его выдвинем, вы – поддержите, и она наведёт порядок в том месте, где вы живёте. Другого пути нет.

Г.Б.: Кстати, я хотел бы дополнить вопрос слушателя своим. Очень частое восприятие политиков любых не от правящей партии Николай продемонстрировал: "А что  вы можете? Всё равно всё решается за счёт административного ресурса". Зачем голосовать за партию "Пупкин и сыновья, если есть "Единая Россия", там сидит чисто конкретный дядька, он нам проложит дорогу. Более того, доходит даже до такого, муниципалитеты же  у нас нищие, у них бюджета нет, и если вдруг главой муниципального образования каким-то чудом оказался некий бунтарь-оппозиционер. То ему раз и перекрыли бюджет, и скажут: "Избрали. Вот вам теперь дорога – ничего не будет". Таких примеров много. Потому что во главе региона сидит кто? Понятно, кто. Он скажет, что никаких ни грантов, ни субсидий, ничего не будет, а в следующий раз  голосуйте за ту же самую правящую партию. И люди это видят.

В.Р.: Это мне напоминает одну бабушку, мне этот случай прямо врезался в память. Были выборы президента в 96-ом г. Я видел по телевизору, как одну бабушку спрашивают: 
- Бабуся, милая, вам кто нравится больше Ельцин или Зюганов?
- Зюганов, конечно, Геннадий Андреевич, он же за народ.
- А голосовать вы за кого будете?
- За Ельцина Бориса Николаевича.
- Если вам нравится Зюганов, то чего  же вы будете голосовать за Ельцина?
- Так он же президент.
- Если Зюганов станет президентом, то я за него буду голосовать.
Это очень типичный подход,  но здесь  по-другому никак не получится. Если мы всё-таки хотим, чтобы приходили люди, которые не будут 3 раза в год менять газон на парковку и обратно, то нужно всё-таки, чтобы приходили люди со стороны, чтобы приходили люди действительно независимые неравнодушные. Сейчас пошёл этот процесс. Всего год прошёл.

Г.Б.: Нет историй успеха. Пожалуйста, пришёл Урлашов и тут же взял взятку.

В.Р.: Нет историй успеха, потому что сады рубят каждые несколько лет. Я же говорю, что партии нужно минимум 5-7 лет, чтобы вырасти и показать историю успеха. Только мы подросли за 3 года – нас срубили, и 7 лет мы не могли участвовать в выборах. Вот в течение года участвуем. Нет никакой уверенности, что через год-два нас опять не срубят. То есть сама власть делает так, чтобы партии как институт не устоялись.

Г.Б.: Поляна там, конечно, выкошена сильно.

В.Р.: На становление партии нужно время.

Г.Б.: Есть ещё такое, что люди, которые реально хотели что-то менять, в своё время пошли в Единую Россию.

В.Р.: И сейчас плюются.

Г.Б.: Они тоже думали, что она что-то решает.

В.Р.: А она ничего не решает.

Г.Б.: Или в "Народный фронт" люди идут, например, доктор Рошаль, через "Народный фронт" он будет встречаться с Путиным раз в год и говорить, мол, Владимир Владимирович, вот тут то, сё, пятое и десятое. И Владимир Владимирович его услышит.

В.Р.: Здесь, конечно, нужны властные рычаги, поэтому мы пойдём и будем бороться за посты губернаторов, чтобы показать, что могут быть истории успеха, на губернаторских постах, мы будем бороться за посты мэров в нескольких городах в сентябре будущего года, мы боремся за депутатские места в региональных и местных парламентах. У нас уже 7 регионов за год, где РПР-ПАРНАС  имеет своих представителей  на разных уровнях. В той же Туве, например, у нас 2 депутата, и они уже реально помогают людям. В моём Барнауле я провёл список РПР-ПАРНАС в сентябре прошлого года. Да, там всего 1 депутат Анатолий Вытоптов, но мы сразу открыли его приёмную, по-моему у него единственная в городе приёмная депутата. Там каждый день идёт приём граждан, и он стареется им помогать.

Г.Б.: В принципе, это правильно. Роман, добрый вечер, вы в эфире.

Роман: Добрый вечер. У меня даже не вопрос. Я просто слушаю ваш у программу каждый день буквально. Вы говорите про лампочки, Бог с ними, с лампочками. Я скажу про бывший подмосковный город Щербинку – первый мэр города – его карьера закончилась уголовным делом. Второй мэр города – опять уголовное дело. Судя по сообщениям в газетах, например, приходит человек в больницу, ему нужно сделать рентген-снимок. И в газете написано, что всё работает полным ходом, а когда в реальности приходишь к  этой больнице, то там сплошные развалины. За кого мы в следующий раз будем голосовать?

В.Р.: Нет контроля никакого, поэтому они и воруют.

Г.Б.: А мэры были от какой партии?

В.Р.: От Единой России, у нас другой нет.

Роман: Скорее всего, да.

Г.Б.: Да, но просто Урлашова избрали в Ярославле не от Единой России, и всё равно его посадили за взятку.

В.Р.: Причём, это не доказано: какой-то свёрток где-то.

Г.Б.: Я всё-таки думаю, что он собирал бабки на избирательную компанию. Прямо не знаю, система  такая: кто в неё попадает, тот сразу и мажется.

Г.Б.: Владимир Рыжков – политик, профессор Высшей школы экономики. Говорим о непарламентской партии, вот он ее и представляет.

В.Р.: Мы уже отчасти парламентская, потому что у нас уже есть представительства в 7 регионах.

Г.Б.: Заксобрания?

В.Р.: Заксобрания. В Ярославле у нас Борис Немцов. У нас есть горсоветы, у нас есть районные советы, Хабаровск, Алтайский край, Республика Алтай, Тува, Ярославль и еще ряд регионов. Всего семь регионов, где у нас есть представительства.

Г.Б.: Есть звонок. Алексей, добрый вечер, в эфире.

Алексей: Добрый вечер. Я хотел бы сказать, что вы начните что-то делать, чтобы большинство людей это видело и само это наблюдало. Я к чему это говорю. Потому что большинство россиян, а это 90%, уже устало от этой власти, от этой партии "Единая Россия".

Г.Б.: А что бы вы подразумевали под "делать"?

Алексей: Допустим, те же детские сады, те же школы, больницы, чтобы все это было доступно для инвалидов, для пенсионеров, для детей для малоимущих – вот это делать, чтобы люди видели, а не кричать просто-напросто с трибуны.

Г.Б.: Я уточняющий вопрос задам. А вот как оппозиционная партия, которой в лучшем случае меньшинство какое-то незначительное имеет, что она может сделать с детскими садами и школами?

Алексей: Ну как что, найти тех же спонсоров, которые против этого, даже большинство людей, когда увидят, что деньги идут на благие дела, на строительство, думаю, что большинство людей также будут принимать участие в этом строительстве.

Г.Б.: Спасибо, поняли. Я это называю политикой Хамаса, ливанский, он же палестинский. Они 20 лет создавали социальную сеть. Давали деньги не только семьям шахидов, но и давали деньги на школы.

В.Р.: Так же самое "Братья-мусульмане".

Г.Б.: Мне кажется, что пусть в России оппозиционной непарламентской партии – это путь "Братьев-мусульман" и Хамас, увы, т.е. он не политический. Понимаете, мы живем в патерналистской стране, к сожалению. А еще я могу процитировать Чернышевского про страну рабов, который сказал, что "сверху донизу все рабы". И мы имеем абсолютно полную картину: дайте нам это, дайте нам то, вот постройте нам школу, назовите именем Рыжкова – тогда мы его изберем от данного муниципального округа. Не за деньги бюджета, не за деньги налогоплательщиков, налогоплательщики выступают якобы как государственные почему-то. Дайте нам это и тогда мы скажем, что тогда вместо доброго дяди Путина придет добрый дядя Рыжков, тогда мы за него проголосуем. Вот оно, восприятие политики, путь Хамаса и "Братьев-мусульман".

В.Р.: Отчасти любая партия должна это делать. Мы уже обсудили в первой части программы, что даже оппозиционная партия может реально помогать людям на местах, может, даже не имея полномочий, мы это делаем. Т.е. мы собираем петиции, обращаемся к властям, обращаем внимание на устои, блокируем какие-то безумные проекты, как-то сдерживаем коррупцию. Все равно, когда в регионе есть оппозиционная партия, которая громко рассказывает про дела губернатора, его жены, зятя и т.д., они хоть немножко.

Г.Б.: И тоже вас обвинят, а вы только критикуете.

В.Р.: Не только критикуем, но и помогаем. Что касается детских садов и школ. Есть у России такой ресурс под названием бюджет, и этот бюджет расходуется просто ужасно. Он расходуется на проекты. Я приведу пример. Олимпиада в Сочи – самая дорогая в истории, стоит 50 млрд. долларов.

Г.Б.: Уже больше.

В.Р.: Уже больше, да. Мы посчитали, что можно было всю очередь в стране закрыть, которая сейчас существует на жилье, по крайней мере, с социальным жильем. Вот у нас выбор: либо мы строим 6 дворцов спорта в субтропическом Сочи, где живет, по-моему, полмиллиона человек, и мы строим стадионы на 82 тыс. посадочных мест. Олимпиада две недели, и после этого эти стадионы будут стоять пустые, принося миллиардные убытки бюджету. Вместо того, чтобы эту дурость делать, мы могли бы закрыть очередь всех очередников в стране. На эти же деньги мы могли бы закрыть детскими садами всю страну, построить. На эти же деньги мы могли бы модернизировать все школы и понастраивать новых. На эти же деньги мы могли сделать во всей стране водопроводы, чтобы люди пили хорошую воду. Звонивший Алексей, вы поймите, что наша страна ужасно богатая: у нас 5-6 экономика в мире, у нас 4-5 золотовалюный резерв, у нас до черта денег, но деньги эти расходуются настолько глупо. Это я только привел пример с Олимпиадой, а сколько еще таких безумных мегапроектов. Сейчас хотят вкачивать триллионы в какие-то новые железные дороги, еще куда-то, которые ничего не надо, в то время как в стране действительно нет элементарной социальной инфраструктуры. В стране не готовят нормальных врачей уже давно. В стране разваливается коммуналка и т.д. Поэтому, да, я согласен со звонившим, что надо помогать людям, надо искать спонсоров, но главный спонсор государство. Наша партия, и другие тоже того говорят: ребята, да у нас денег до черта, давайте мы четко определим приоритеты, что, может, нам не так нужен чемпионат мира по футболу 2018г., который обойдется нам в 4 триллиона рублей. Может быть нам лучше отдать этот чемпионат мира саудитам каким-то, не знаю, которым денег девать некуда и т.д. Давайте мы честно скажем себе: давайте мы вместо чемпионата мира по футболу построим всем жилье, как Хрущев, или давайте мы вместо чемпионата мира по футболу построим всем детские садики, построим современные поликлиники и т.д. – вот это должна делать партия.

Наша страна ужасно богатая: у нас 5-6 экономика в мире, у нас 4-5 золотовалюный резерв, у нас до черта денег, но деньги эти расходуются глупо

Г.Б.: Я с вами согласен.

В.Р.: Причем партия должна это не заумно объяснять, знаете, стоит там профессор на трибуне и что-то там бубнит – простым языком. Вот то, что я сказал, можно крупным шрифтом на одной листовке.

Г.Б.: Да, это во многих местах, кстати, написано, но люди очень часто не воспринимают эту информацию.

В.Р.: Надо сказать 100 раз, что должна делать партия: у нее должна быть очень четкая позиция, она должна повторять, повторять, повторять, пока до всех не дойдет. И тогда люди скажут, слушайте, этот мужик прав, а давайте за него проголосуем.

Г.Б.: А вот еще такой вопрос "рукопожатности". Все время встает вопрос: надо ли сотрудничать с "преступным, кровавым режимом"? – как говорят некоторые непримиримые либералы или еще кто-то там говорит.

В.Р.: А очень многие так говорят.

Г.Б.: А с другой стороны, если ты будешь все время показывать средний палец, то, как Ройзмана избрали в Екатеринбурге. Его легко могли не избрать.

В.Р.: Там же ночью была история. Они уже хотели фальсифицировать.

Г.Б.: А потом откуда позвонили?

В.Р.: С Москвы.

Г.Б.: С Москвы, со старой площади, из администрации Президента, сказали ша. Вот если они не говорят ша, то у вас не будет ни списков, ни допусков, вас снимут за то, что вы там писали в кустах.

В.Р.: Я это уже все проходил.

Г.Б.: И еще что-то сделают. И скажут, что у вас высшее образование неправильное, и счета там у вас в Таиланде или еще что-нибудь придумают. И суд этот вас снимет, потом Верховный восстановит, конечно, за 24 часа до голосования, но будет поздно. Т.е. встает вопрос, что вы должны коммуницировать с руководством и без этого никакой политики не получается. Но за это на вас будут говорить, что вы продались Кремлю, ах, вы пошли на встречу с Путиным, ах, какой негодяй, он сидит и разговаривает с этим Президентом, а это делать не надо, говорят многие чистоплюи. А надо что делать?

В.Р.: Судьба политика, если ты вступаешь на этот тернистый путь: чтобы ты не делал, ты подвергнешься критике. Встретишься с Президентом – тебя обвинят, что ты с кем-то говоришь.

Г.Б.: Продался.

В.Р.: Не встретишься ты с Президентом – тебя обвинят в том, что у тебя была возможность что-то сделать, а ты не сделал. Я вообще на это не обращаю внимание: чтобы ты ни делал, тебя будут критиковать, тем более, в нашей стране, где каждый считает, что он хороший, а остальные кругом негодяи. На самом деле политик должен делать все от него зависящее, чтобы достигать своих целей. Политик должен участвовать в выборах на местном, региональном, федеральном уровнях. Политик должен выходить на улицы, площади и демонстрации, что я тоже делаю всегда. Политик должен обращаться к органам власти со своими требованиями – это делают все. Это делает Навальный -  каждый день строчит обращения в Следственный комитет, который его сажает, Генпрокурору. Они его сажают, а он пишет им обращения. И общаться с администрацией Президента, точнее не с администрацией Президента, а с самим Президентом, потому что Президент – это глава государства.

Чтобы политик ни делал, его будут критиковать, тем более, в нашей стране, где каждый считает, что он хороший, а остальные кругом негодяи

Г.Б.: Через администрацию.

В.Р.: Администрация – это технический орган, который организует.

Г.Б.: А технических орган может вам в один прекрасный момент позвонить: Владимир Санович, вы знаете, мы знаем, что вы идете в таком-то регионе, там у вас трудности с прохождением в списках. Знаете, мы понимаем, конечно, на местах перегибы, гады, конечно, они. Мы понимаем, трудно везде наводить демократический порядок, но знаете, а вы не могли бы по этому вопросу нас поддержать.

В.Р.: Не позвонят, потому что они меня хорошо знают уже 20 лет.

Г.Б.: Выдрессировали.

В.Р.: Кто кого?

Г.Б.: Вы их.

В.Р.: Я их выдрессировал через Европейский Суд по правам человека, потому что РПР – единственная партия, которая выиграла в Европейском Суде.

Г.Б.: Т.е. они знают, что вас нельзя нагнуть.

В.Р.: Они знают, что меня нельзя нагнуть. Но при этом я говорил, говорю и буду с ними говорить. Потому что это разговор не только с теми людьми, у которых реальная власть, от которых многое зависит, но это и разговор со страной. Потому что если я в Кремле говорю об узниках Болотной, и если я говорю о политически репрессированных, и если я говорю о фальсификации на выборах, если я говорю про коррупцию мэров и губернаторов – это транслируют на всю страну. Я же обращаюсь не только к одному человеку, а обращаюсь к миллионам людей, которые благодаря этой встречи узнают, что есть политзаключенные, что есть узники Болотной, что есть решение той же самой коррупции. Поэтому политик не может занимать чистоплюйскую позицию в том смысле, что, ах, они плохие, я с ними дела иметь не буду. Политик должен занимать активную позицию, он должен и выборы, и митинги, и обращения, и встречи, и требования.

Г.Б.: Но при этом то, что люди в Кремле называют конструктивным, т.е. вы не должны переходить определенных границ.

В.Р.: А что такое границы?

Г.Б.: Я бы не хотел сейчас прибегать к такой спекуляции, переходить на личности в отношении Президента, премьера и высших чинов.

В.Р.: Если речь идет о переходе на личности, если речь идет о хамстве, то я тут никакого геройства не вижу, потому что политик не должен скатываться на личные оскорбления или на личное хамство. Я политик и Президент политик – это разговор двух политиков, и у одного политика, который сидит в Кремле своя позиция, а у другого политика своя позиция. Здесь надо соблюдать и воспитание, и определенную корректность, но эта корректность не должна быть в ущерб содержанию. Т.е. если вы посмотрите мое выступление на встрече с Путиным 2 недели назад, вы увидите там очень жесткие вещи: и про политических репрессированных, и про досрочные федеральные выборы – все было сказано, но при этом это было сказано корректно.

Г.Б.: Да, согласен. Юрий, добрый вечер, в эфире.

Юрий: Добрый вечер. Я хотел сказать по поводу того, что нет тем у людей, которые выдвигаются на выборы. Я хотел бы предложить первое – это то что у нас многие помнят, мысли из социализма, скажем так, т.е. были социальные программы, о которых сейчас никто не хочет вспоминать и никто не хочет предлагать, а большинство, конечно, помнят. И бесплатное образование, и медицина. Я не хочу сказать, что она была хорошая, но она была на уровне.

Г.Б.: Это левая повестка дня, потому что есть люди, которых, может быть, меньшинство, которые считают, что должна быть правая повестка дня, например, страховая и т.д.

В.Р.: Хотите расскажу, какие у нас три темы, у нашей партии, Юрий, вот смотрите, не знаю, понравится вам или нет. Первая тема – это правильные приоритеты, то, о чем я сказал: куда тратить деньги и как их тратить, т.е. это называется эффективность власти. Вторая тема – нам нужен быстрый экономический рост. Сейчас в этом году у нас рост будет 1,5%: он даже сейчас ниже, чем среднемировой – это позорище. Для нашей во многих отношениях недомодернизированной страны такой рост – это катастрофа. Поэтому мы знаем, как партия, как запустить рост 7-8%: за счет демонополизации, за счет хорошего инвестиционного климата, за счет открытости страны, чтобы сюда пришли ведущие мировые корпорации размещать свои производства, т.е. мы реально можем выйти на рост 7-8%.

Г.Б.: Первый вице-премьер Шувалов все то же самое говорит.

В.Р.: Да, только он не делает. Разница между ним и политиками, а мы политики, разница между чиновниками и политиками в том, что у чиновников нет никакой политической воли, они ничего не способны сделать. Тот же Шувалов вроде бы и хочет что-то сделать, может быть и Медведев что-то хотел сделать, но не могут преодолеть то бюрократическое болото, в котором они сидят. А если приходит политик с жесткой политической волей и желанием все это болото сломать и прорвать эту ситуацию, то можно сделать рост 7-8%. И третья тема нашей партии – это регионы. Потому что сегодня регионы в полном загоне. У них сейчас долги 2,5 триллиона рублей и продолжают расти. Средний долг регионов достиг 25% от их доходной базы. Центр забирает сегодня 65% доходов страны, оставляет регионам 35%.

Г.Б.: А если на уровне муниципалитетов – там вообще ничего нет.

В.Р.: То, что сейчас подряд несколько звонков про все эти бедствия, которые есть, когда не освещаются улицы, когда вместо асфальта ямы на дорогах кирпичами закладывают, когда разваливаются больницы – это же прямой результат централизации. Мы как партия говорим, что расставим правильные приоритеты, за 2-3 года запустим экономический рост 7-8% и мы отдадим 15% обратно в регионы, что позволит регионам массу проблем решить и с освещением, и с детскими садами, и с ремонтом больниц и т.д.

Г.Б.: Любой скажет, а почему мы должны вам верить, у нас больше 70 партий зарегистрировано, насколько я помню, и все примерно то же самое говорят.  А чем вы докажете, что вы лучше, чем Шувалов, Медведев и т.д.?

В.Р.: На самом деле их 70 только на бумаге. Реально партий, которые добиваются чего-то на выборах 12: 4 думские и те 8, которые сейчас были на встрече с Путиным. Там был простой критерий: только те партии, которые чего-то добились. Поэтому их всего 12. Из этих 12 то, о чем я говорю, говорят очень немногие. Насколько я знаю, про децентрализацию страны вообще ни одна партия не говорит, все какую-то свою тематику несут. А вот кто сегодня пария регионов? Только мы, только мы говорим о том, что Москва зажралась, я имею в виду не людей, а ту бюрократию, которая здесь сидит. Я всегда привожу пример, когда я в Кызылии участвовал в выборах в сентябре, не было горячей воды, потому что там долги ТЭЦ перед угольным разрезом, там целая история. И тут же я читаю в газете, что мэрия Москвы закупает мох в северных регионах страны, чтобы обкладывать деревья в московских паркам для их украшения.

Г.Б.: Мхом? Он пропал по дороге – нет мха в Москве.

В.Р.: Я просто привожу пример, что когда провинция просто там нет ничего: там нет денег на лампочки, там нет денег на бинты, там нет денег на шприцы, а в это время столица позволяет себе закупать мох для украшения деревьев в парках – люди это воспринимают с гневом. Поэтому вот три темы: надо сделать управление эффективным, надо запустить быстрый экономический рост и надо децентрализовать деньги от федеральной бюрократии в регионы, чтобы там тоже люди могли нормально жить. Почему нам можно верить? Потому что у нас партия, где бывшие министры, губернаторы, вице-премьеры, депутаты, т.е. партия с большим управленческим опытом.

Г.Б.: А кто у вас бывшие министры?

В.Р.: У нас Сергей Алексашенко, бывший первый зампред Центрального банка, у нас Касьянов – это вообще бывший министр финансов и бывший премьер-министр и т.д. и т.п. Поэтому здесь надо смотреть квалификацию людей, которых есть в той или иной партии,  и я все-таки бы больше доверял тем, у которых есть опытные управленцы. Потому что вероятность того, что эти люди справятся со своими обещаниями гораздо выше, чем в тех партиях, где вообще нет никакого управленческого опыта.

Г.Б.: Черт его знает. Я слышал, тут многие хотели сделать, но получается, что все равно за такие оппозиционные партии голосуют в большей степени в городах, а в регионах в большей степени патерналистски настроены: они исходят из того, что надо поддержать начальство.

В.Р.: А здесь нет противоречий. Если мы даже этим патерналистски настроенным тулякам, пермякам, волгоградцам, астраханцам объясняем, что мы увеличим доходную часть вашего бюджета на 40%, и вы на эти 40% сможете решить проблему детских садов, дорог, уличного освещения и т.д., люди это очень хорошо воспринимают.

Г.Б.: Ну, да. 

В.Р.: А резервы для экономии огромные, потому что у нас только в одном ЖКХ воруются триллион рублей, у нас на одних госзакупках воруется триллион рублей – вот вам уже 2 триллиона рублей.

Г.Б.: Да, а если спустить эти деньги в регионы, они будут вороваться на региональном уровне и скажут вам Владимир Владимирович на это. Поэтому все деньги в центр.

В.Р.: Есть такой аргумент. Вот именно поэтому, чтобы одновременно спускать деньги в регионы, надо туда приводить новых людей. Не вот те кланы, которые уже там 15-20 лет правят и уже там абсолютно спеклись в кирпичи воровские – нужно расчищать. Вот сейчас Женя Ройзман пришел, старается, пришла яблочница Попова, не помню фамилии, в Петрозаводске мэр города и т.д. Т.е. нужна свежая кровь, нужны люди не из номенклатуры.

Г.Б.: Надо посмотреть, что у них получится, история успеха поможет лучше понять.

В.Р.: Вот, кстати, вы сказали, что нет историй успеха. Возьмем Никиту Белоых, мы хорошо его знаем. В принципе, он хорошо работает.

Г.Б.: Посмотрим, как он работает. Если он пойдет на выборы – это подтвердится.

В.Р.: Он пройдет. Я бываю в Кирове и периодически поддерживаю контакт с Никитой. Он действительно старается, он современный человек, его никто не обвиняет в коррупции в Кирове, он нравиться людям, он открыт. Киров очень тяжелый регион – он депрессивный.

Г.Б.: Какой у него сейчас там рейтинг?

В.Р.: Я не знаю, какой рейтинг. Там дефицитный бюджет, там очень низкие доходы. Он пришел и там на самом деле куча проблем.

Г.Б.: Посмотрим, в следующем году будут выборы. Но он пойдет-то не от вас, а пойдет от Прохорова.

В.Р.: Он пойдет все равно не от "Единой России". Если такие молодые, толковые, не вороватые люди, действительно, которые хотят. Он влюбился в этот Киров: он  как начинает про него говорить, про эту вятскую игрушку, дымковскую и т.д. – видно, что человек влюблен в свой регион и видно, что он действительно хочет для него много сделать. И вот если такого типа люди будут приходить, думаю, что будет история успеха.

Г.Б.: Николай, успеем вас. Здравствуйте.

Николай: Добрый вечер. Слушаю, вроде бы как да, у нас в стране есть выборы, на то, что у нас в стране есть партии  и даже есть какая-то оппозиция. Да вот не нужно это все, эта тема неисчерпаема. Вот вы можете обещать, что угодно, но делать вам этого никто не даст, и вы так резко не будете. Вы даже с этим смирились, я имею в виду все политики, которые якобы оппозиционные. Когда была история с послом, я не верю объективно по-человечески. С послом наша оппозиция ходила в американское посольство. А вот то, что 2 раза в месяц встречаются Президент и премьер-министр с Киссинджером и о чем говорят на протяжении шести лет. И вот вы мне скажите, если вы даже не приводите таких аргументов.

Г.Б.: Хорошо, поняли: выборов нет, все бесполезно.

В.Р.: Вот это самое массовое настроение. Я тоже бьюсь как рыба об лед. Я очень много езжу по регионам.

Г.Б.: Руки опускаются на самом деле от этого – ничего сделать нельзя.

В.Р.: В Саратове ходишь по этим рынкам, ходишь по этим дворам и вот это типично, да это все бесполезно, да даже если мы проголосуем, вам не дадут. Такие настроения есть. Но другого способа, кроме как работать, стараться и обращаться к людям, все равно нет. А какой другой способ?! И доказывать историю успеха. Мне ни за кого не стыдно: те 7-10 человек, которые у нас в этом году прошли и в прошлом году.

Г.Б.: Надо встретиться нам через некоторое время, и сверить часы, как говорят на скучном бюрократическом языка, в чем история успеха и где произошли подвижки. Потому что обстановка в политике тошнотворная, люди ни во что не верят, не хотят ни ходить на выборы, они даже не хотят бороться за те сугубо материальные, свои шкурные интересы.

В.Р.: Москвы казалась бы самым политизированным город страны – 35% явка на выборах мера. Т.е. 65% москвичей в условиях ярких выборов – Собянин, Навальный. Казалось бы – ну вот 35% явка

Г.Б.: Навальный не продемонстрировал образа будущего Москвы, который мог бы альтернативно соперничать.

В.Р.: Выходит, что и Собянин не продемонстрировал, потому что 65% москвичей не пришли выбирать мэра – главного человека в своем городе.

Г.Б.: Собянин привнес своими делами.

В.Р.: Еще раз. Даже в Москве, самом политизированном городе страны 35%, а на местах 10-12%.

Г.Б.: Будем надеяться, что вас не закатают в асфальт. Ведите себя аккуратно.

В.Р.: Будем надеяться.

Г.Б.: Владимиру Владимировичу не хамите, на встречи к нему ходите, но ведите себя прилично. Это я советую политику, профессору Высшей школы экономики Владимиру Рыжкову.

В.Р.: Я воспитанный человек.

Г.Б.: Может, это и есть ваш единственный шанс.

City-fm

5 декабря 2013

Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи. Зарегистрироваться сейчас




Забыли пароль?

Регистрация на сайте

Календарь
<< Декабрь 2013 >>
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
1 2 3 4 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31        
Новости в стране

25 апреля 2017
Госдума выйдет в шесть соцсетей

14 апреля 2017
СМИ: безработных россиян планируют лишить медицинской страховки

14 апреля 2017
СМИ: безработных россиян планируют лишить медицинской страховки

06 апреля 2017
Число бедных в России в 2016 году увеличилось на 300 тысяч человек

06 апреля 2017
Организованные Навальным протесты одобряют 38% россиян – «Левада-центр»

06 апреля 2017
Правительство попросили раскрыть список освобожденных Путиным от налогов россиян

06 апреля 2017
Страна ждет отставки Медведева: рейтинг премьера оказался ниже Жириновского

06 апреля 2017
Первый канал их не покажет. Зато они покажут властям

Всё о выборах Фотографии Аудио Видео

Подписаться на новости
RSS
ГлавнаяНовостиБиографияМои выступления, статьиМнения, аналитикаКонференции, семинарыФото, видеоКонтактная информацияАрхив
Владимир Рыжков